38fdfac5c531e12e
Милалинк
Авторизация

Иди Амин: проклятие или гордость Уганды

Иди Амин
Когда охотник из племени каква взял жену из племени лугбара и та долго не могла родить первенца, родня мужа решила, что сноха неправильный человек. Но вот наконец она родила мальчика, и такого крупного, что все удивились. Однако местный знахарь заявил, что дело нечисто: при таких тяжелых родах кто-то должен погибнуть обязательно! Значит, или мать, или дитя — нечистый дух. А может, и оба.

Бегство


Для начала решили разобраться со старухой-повитухой, принимавшей роды. И уже в следующую ночь знахарь с помощью древнего ритуала искал зло. Вымазанный белой краской, в обезьяньих шкурах, приплясывая, распевая магическую песню, двигался он между жителей деревни, стоявших двумя рядами. Припадал к земле, прислушивался к тому, что шептали духи. Но вот колдун резко бросился к старой женщине, указал на нее, потом коснулся ее рук: вот оно, зло, наконец-то найдено! Взревев, толпа поволокла старуху и бросила живьем в костер.

Роженица поняла, что теперь на очереди она, и следующей ночи дожидаться не стала. Полуживая, с новорожденным младенцем за спиной она ушла в джунгли...

Мальчик вырос богатырем: могучие плечи, грудь, под 2 метра ростом. Всегда оживленный, похохатывающий, казалось, веселое настроение никогда не покидает его. Он не только привлекал внимание, но и мог удержать его. В этом безграмотном верзиле был некий дар убеждения: он заговаривал, зачаровывал собеседника. Яркая, бросающаяся в глаза фигура...

«Дух перекрестка»


Еще он любил играть на аккордеоне. Английские песни времен Второй мировой войны — «Верность», «Луна над Критом», — а еще французские мелодии — «Большие бульвары», «Под крышами Парижа», — полные мягкой печали, звучали вечерами в казарме. Но это вовсе не означало, что молодой Иди Амин забыл о духовных традициях своего народа.

На окраине городка, где располагалась его часть, на перекрестке дорог росло огромное дерево, прозванное чертовым. По ночам оно светилось — и ствол, и ветви. Белые люди говорили: причина — в большом содержании фосфора в коре. Но что они понимают, эти белые люди! Ясное дело: дерево светилось оттого, что было священным! Образцовый солдат Иди Амин приходил сюда в полнолуние и оставлял свои подношения: то убитого петуха, то собачью тушку, то разрубленную змею...

Дерево это было одним из воплощений африканского божества, которого на разных языках называют по-разному: Элу, Элеггва, Элегба и еще десятками имен. Одно из них можно перевести как «Дух перекрестков». Это божество владеет силой изменения человека. Измененный же человек обладает способностью привлекать многочисленных духов, а с их помощью он может совершить главное — «открывать двери», «открывать пути», то есть обрести главную силу — мощь власти. Тайной жрицей именно этого бога была мать Иди, колдунья.

Видно, «Дух перекрестков» все же взял Амина под свое покровительство, и он стал измененным человеком: все духи слушались его, и пути были открыты. Но может, просто время такое наступило: англичане ушли из Уганды и началась такая свобода, что все решал нахрап. А он-то у двухметрового аккордеониста был чудовищный.

Когда в 1962 году Уганда была объявлена независимой и кабака (король) Мутеса, свергнутый незадолго до этого англичанами, вернулся домой, Амин стал уже майором. В 1966 году, когда его войска взяли штурмом дворец Мутесы и свергли его во второй раз, наш герой уже носил погоны генерал-майора. А в 1971 году радио Уганды передало заявление Иди Амина о том, что президент Оботе свергнут и власть перешла к нему, «простому солдату и такому же простому парню, как и вы...».

Стоило лишь глянуть: действительно, плоть от плоти своего народа, парень из глубинки! Большой веселый человек, играющий на аккордеоне, доступный и непритязательный.

Он был из племени каква, хотя и покинул его двух дней от роду. А племя это даже в Черной Африке славилось кровавыми ритуалами, во время которых жертвы распинали, разрезали на куски, сажали на кол. Первые дни новорожденного Амина прошли под знаком одного такого страшного ритуала, много их видел малыш потом в своих странствиях с матерью по джунглям из одного племени в другое, полюбил их и проникся ими. А теперь эти страшные ритуалы творились по всей Уганде. Пресечь их было некому. Сам полновластный правитель Уганды, раздевшись донага, нанеся на лицо и тело боевую окраску, не просто пытал людей, он пил их кровь, ел их мясо и не делал никакой тайны из этого. Помилуйте, это же всего лишь жертвоприношение, древний обряд «кормления богов»! Так сказать, духовные традиции народа! Как известно, у разных племен жизненная сила человека располагается в разных частях организма: у одних в крови, у других в печени, в сердце, в селезенке. И для того чтобы сохранить собственную жизненную силу, воин должен отдать богам силу другого человека вместе с теми частями тела, в которых она хранится.

Например, в начальнике штаба — генерале Сулеймане Хусейне, стороннике свергнутого президента, — безграмотный Амин уважал большой ум. Можно было бы съесть его мозг. Но так поступил бы какой-нибудь мужлан. Амин же предпочел общаться с ним и советоваться. Поэтому после переворота генерала долго пытали, затем убили, голову отрезали и доставили во дворец к Амину. Тот поместил ее в холодильник, часто доставал оттуда, подолгу беседовал, а потом услаждал голову генерала игрой на аккордеоне, и они вместе отдавались пронзительной тоске «Луны над Критом» или мягкой печали «Больших бульваров»: «О, как люблю вечерний час! Кольцо бульваров обойти хотел бы я хоть раз!..» После чего расчувствовавшийся Амин запихивал голову собеседника обратно в холодильник и уходил — удовлетворенный и заметно помудревший.

Иди Амин

Ужасы и нервный смех


Может, голова генерала внушила, может, появился расчет на арабские нефтедоллары, но в 1972 году «простой парень каква» затеял внедрить в стране ислам, и, хотя исповедовали его лишь десять процентов населения, Уганда была объявлена частью мусульманского мира.

Но, даже поняв, что ислам — более совершенная религия, чем традиционные угандийские верования, требовавшие поклонения божкам и духам, в своих привычках он остался парнем каква. Мусульманские правители, распростершие перед ним объятия, закрывали глаза на то, что в свите новоявленного мусульманина оставалось много колдунов мангу — злых вредоносных магов. Были также колдуны нгуа, приносившие удачу. Но особенной любовью Иди Амина пользовались колдуны, которые специализировались на тайных убийствах своих родственников. Вы можете представить себе такое? Даже если это говорили лишь для того, чтобы опорочить диктатора, сами-то эти кровавые чародеи совсем не выдумка!

Но, говоря словами Шекспира, в этом безумии была своя система: жертвами ритуалов, как правило, становились политические противники Амина. Некоторых он казнил лично. Сам застрелил верховного судью страны, своими руками убил архиепископа. Впрочем, дело политикой не ограничивалось. Его наложниц находили убитыми в разных местах по всей стране. Из пяти его официальных жен в бытность верховным правителем Уганды в живых осталась лишь одна. Ей удалось вовремя сбежать из страны.

Около 300 тысяч угандийцев были уничтожены в годы его правления. Но, кроме леденящих душу злодеяний было в общественной жизни Уганды и немало такого, что вызывало невольный смех. Как-то Иди Амин принимал Фейсала, короля Саудовской Аравии, и тот попенял его за то, что прекрасные официантки разносят блюда абсолютно голыми. Амин, тут же поняв, насколько такое зрелище оскорбляет взор благоверного мусульманина, обругал девушек, строго-настрого наказал им впредь «прикрывать свой срам на людях» и на следующий день издал указ, запрещающий женщинам носить шорты и мини-юбки. Полиция получила приказ отлавливать преступниц, край юбки которых выше колен на 10 сантиметров. Барышень отправляли в тюрьмы толпами. Затем в список запрещенного попали парики, косметика, короткие брюки для мужчин и любые брюки для женщин.    

Наивысшей точкой борьбы за оздоровление нации стал запрет носить в Кампале, столице Уганды... сандалии. Несколько упорствующих были вынуждены эту свою крамольную обувь съесть.  

Под всеми этими указами стоял полный титул правителя: «Его Превосходительство Пожизненный Президент, Фельдмаршал Аль-Хаджи Доктор Иди Амин, Повелитель всех зверей на земле и рыб в море, Завоеватель Британской Империи в Африке вообще и в Уганде в частности, кавалер орденов «Крест Виктории», «Военный крест» и ордена «За боевые заслуги». Кстати, большинство орденов, которыми был увешан специально удлиненный для ношения наград китель Амина, были приобретены у антикваров. Но вернемся к титулу. Поскольку мало кто мог его выговорить без запинки, особо приближенным Иди Амин милостиво разрешал называть себя просто Большим папочкой.   

Он был крут, но отходчив. Вскоре он в махнул рукой на гардероб своих подданных, и начался такой разгул демократии, что каждый ходил в чем хотел.    

Иди Амин
Не только отцом своего народа считал себя Иди Амин, но еще и мужем всей женской его половины. И время от времени, вспомнив об этом, он принимался ретиво выполнять свои супружеские обязанности. Тех мужей, братьев и отцов, которым это не нравилось, ожидали камеры, а в них — соседи с молотками. Это была одна из шуток, придуманных Амином. В камеру к осужденному подсаживали другого, которому предлагалось помилование, если тот забьет своего соседа насмерть тяжелым молотком. Но затем к тому, кто выполнял это условие подсаживали нового соседа... с таким же молотком.

Иди Амин

«Для Господа и моей страны»


Когда иностранные журналисты спрашивали его, каким целям служит его внутренняя и внешняя политика, он с радостной улыбкой на широком лице отвечал: «Мое кредо изложено здесь!» — и показывал на герб Уганды, на котором написано: «Для Господа и моей страны».

Восемь лет ужаса закончились в 1979 году. Объединенные силы Мозамбика, Фронта национального освобождения Уганды (в его рядах сражались бежавшие от террора бывшие подданные Иди Амина) и Танзании, извечного противника Уганды, свергли «последнего короля Шотландии». Амин все же успел упаковать чемоданы и бежать к своему «брату по вере» — саудовскому королю.

Он поселился в Джидде, в фешенебельном квартале вилл, принадлежащих нефтяным олигархам. И когда тихими вечерами из-за высокой ограды доносились звуки аккордеона, выводящего пленительные мелодии времен Второй мировой войны, случалось, что проезжающие машины останавливались и пассажиры слушали, пока не закончится песенка. Но вот мелодия смолкала, раздавался громкий хохот, и все стихало. А там уже звучал голос муэдзина, призывающего к вечерней молитве.

Прошло 40 лет с момента свержения Амина, и вот что удивительно: в Уганде уже... скучают по нему! Дескать, тогда хоть мир знал, что есть на свете такое государство — Уганда! С ней считались, а Танзания знала свое место! 300 тысяч погибших, говорите вы? Это еще надо подсчитать! А что, Оботе некогда уничтожил меньше? И свергли-то Амина путем агрессии. Мусульмане вспоминают о том, какое значение придавалось тогда исламу, а приверженцы традиционных верований — то, как почитались древние обычаи. Действительно, и о богах думал, и о стране! (О том, что за несколько лет правления веселого человека с аккордеоном страна обнищала окончательно, уже забыли.) 

Но так ли это удивительно? Да только посмотреть по сторонам! Что же такое существует в народном сознании, если народ рыдает по истязателю Ивану Грозному и проклинает своего доброхота Бориса Годунова всего лишь за слухи о его грехах, которые народного блага никак не задевают? Что это?

Причем началась тоска по Амину в Уганде не теперь. Не прошло и 10 лет после свержения диктатора, а народ уже вспоминал его тихим добрым словом. Впрочем, слово было не таким уж и тихим: Амин услышал его и начал было подумывать о том, чтобы вернуться...

Готовясь к восстановлению власти над Угандой, экс-президент прибыл в Конго, однако через некоторое время был отправлен назад в Саудовскую Аравию своим бывшим закадычным другом — заирским диктатором Мобуту Сесе Секо.
 
В последние годы жизни веселый человек с аккордеоном был не так уж и весел: страдал повышенным кровяным давлением. 20 июля 2003 года одна из жен Амина объявила, что он впал в кому и находится в реанимационном отделении госпиталя имени короля Фейсала под неусыпным присмотром врачей и охраны. Через неделю он вышел из комы, и заговорили о том, что скоро поправится, но этого не случилось.
 
Иди Амин умер в Саудовской Аравии 16 августа 2003 года в возрасте 75 лет и был похоронен в Джидде. Что он видит там, в своей преисподней? Мечутся тени и всполохи страшных кровавых обрядов, сверкают ритуальные топоры, хлещет кровь? Или его мрак наполняют быстрые переливы аккордеона, нежные мелодии о любви в мансардах под крышами Парижа?

Таинственные истории 21/2019
Автор: Марина Мартынюк

Авторизация
лучший сайт где можно скачать шаблоны для dle 11.3 бесплатно